Особые исторические условия развития словацкого народа и его языка после вхождения Словакии в XI в. в состав Венгрии определили образование ряда особенностей, которыми он отличается от чешского языка в области фонетики, грамматики и лексики. Первые письменные памятники с чертами, свойственными словацким диалектам (так называемыми „словакизмами"), представляют собой продолжение чешской литературной традиции и относятся к эпохе гуситского движения (XV в.). Первый опыт создания словацкого литературного языка на основе западно-словацкого диалекта предпринял в конце XVIII в. А. Бернолак (1762—1813). Он составил „Грамматику" (1790), шеститомный словарь (1825—1827) и установил правописание. Однако бернолачина не получила широкого распространения: из крупных писателей ею пользовался лишь Я. Голый (1785—1849).
Развитие капиталистических отношений, приведшее к образованию словацкой нации, создало в 40-х годах XIX в. условия для появления словацкого литературного языка. Формирование последнего происходило на основе центрального, среднесловацкого диалекта и было связано с языковедческой и пропагандистской деятельностью Л. Штура (1815—1856) и его сотрудников И. М. Гурбана (1817—1880) и M. M. Годжи (1811—1870). В 1844 г. альманах „Nitra" вышел не на чешском, а на словацком языке; в 1852 г. деятели словацкой культуры одобрили „Краткую словацкую грамматику" М. Гатталы. Однако развитие словацкого литературного языка встретило препятствие в ассимиляторской политике венгерского правительства, которое вплоть до 1918 г. не разрешало словацкому народу пользоваться родным языком в общественной и государственной жизни. К печати допускались только отдельные произведения. Развитие словацкого литературного языка связано с деятельностью поэтов Я. Краля, С. Халупки, Я. Ботто, А. Сладковича, П. Гвездослова и писателей Я. Калинчака, М. Кукучина, Св. Ваянского (Гурбана), Тимравы, Я. Есенского, писавших в XIX и начале XX в. Из современных писателей следует отметить П. Илемницкого, Фр. Краля и Ф. Гечко.
В литературном языке представлены гласные a, e, i (графически также у), o, u, которые, наряду с плавными l, r, могут быть краткими и долгими (ср. pas - „nacnopт", и pás -„пояс", vlk и viča - „волчонок", smrt’ и mŕtvy - „мертвый"); дифтонги ia, ie, iu, uo (графически ô, например: vôl’a) и трифтонги (dievča -„девушка", произносится dịeụča). Для фонетической системы характерен гласный ä, средний между а и е, например pät’ – „пять".
Структура слова регулируется ритмическим законом, согласно которому рядом не могут находиться два долгих слога: суффикс или окончание при долгом гласном корня сокращается: dobrý - „хороший", но krásny - „красивый", biely - „белый", volám - „я зову", но dávam - „я даю".
Словацкая графика создавалась на основе чешской; нововведения: ä, i, ŕ (долгие), ô; правописание основано на морфологическом принципе, элементом исторического написания является употребление у (ý), хотя этот звук совпал с i (i). В 1953 г. после широкого обсуждения была проведена реформа правописания.
В области грамматики следует отметить утрату результатов палатализации задненёбных в именном склонении, кроме именительного падежа множественного числа мужского рода: robotník - „рабочий" - robotníci, Čech — Česi; на протяжении XIX в. произошла замена звательной формы именительным падежом. Категория одушевленности имен мужского рода в единственном числе находит морфологическое выражение в четырех падежах: родительном, дательном, винительном и местном, во множественном числе она выступает в суженном виде как категория лица мужского; у имен существительных мужского рода на -а в значении родительного падежа выступает форма винительного падежа, которая является уникальной в славянских языках. Категория личности находит морфологическое выражение также в прилагательных, местоимениях и числительных. Именные формы прилагательных в словацком языке утрачены. Для системы времен глагола характерно наличие давнопрошедшего времени. В прошедших временах употребительна глагольная связка.
